Грузия: передача власти от спрута к щупальцам

"Уход Шевардназде – это был спектакль. Грузинские традиции и обычаи не имеют ничего общего с дарением цветов мужиком мужику..." Интервью с бывшим министром госбезопасности Грузии Игорем Георгадзе, находящимся в изгнании




"Yтро": Игорь Пантелеймонович, как Вы оцениваете нынешнюю ситуацию в Грузии?

Игорь Георгадзе: Как предреволюционную.

"Y": Как Вы оцениваете перспективы сохранения целостности страны?

И.Г.: Когда к власти пришел Гамсахурдиа, Грузия лишилась Южной Осетии. Когда к власти пришел Шеварднадзе, она лишилась Абхазии. Если у власти останется этот триумвират, эти ученики Шеварднадзе, мы потеряем Аджарию и другие наши регионы. Я имею в виду районы компактного проживания граждан армянской и азербайджанской национальности. В этом заключается моя принципиальная оппозиционность к тем, кто сегодня рвется к власти. Для триумвирата нет особенной разницы, президентом чего быть – проспекта Руставели или Грузии. Главное получить заветное кресло – президента, премьер-министра и т.д. Я вас уверяю, что вопросы целостности Грузии сегодняшней временной властью реально не рассматриваются, а если и учитываются, то в единственном ключе – достаточно, мол, только войти в НАТО, и все решится само собой: поставят на колени Абхазию, приструнят Южную Осетию, аджарцам дадут по носу, и все выстроятся в линеечку и будут кланяться. Вот их сценарий, который приведет к окончательному развалу Грузии. Я заявляю, в свою очередь, что у меня есть ресурсы для решения этих проблем.

"Y": Но разве можно стать членом НАТО, не контролируя всю территорию страны?

И.Г.: Сегодня возможно все, даже и в Евросоюз войти с набором похожих проблем. Вы посмотрите на ситуацию с Кипром. 30 лет морозили конфликт, а сейчас принимают в ЕС. То же самое и здесь: те, кто сегодня у власти, десятилетиями будут делать вид, что вопросы целостности Грузии их не касаются. Они не хотят возвращать в лоно Грузии абхазцев и осетин. Для них это просто территории. Они – продолжатели дела Шеварднадзе, который никогда и не думал мириться с абхазами и осетинами, он говорил только о территориях.

"Y": Велика ли вероятность возобновления кровопролития?

И.Г.: А эта власть и не скрывает своей враждебности. Выпады в адрес аджарской автономии начались еще даже до свержения Шеварднадзе. Все помнят, как в период октябрьской предвыборной кампании в Батуми высадился десант головорезов "Национального движения" (партия Михаила Саакашвили) и устроил там массовые беспорядки. Эти силы уже тогда затеяли дестабилизацию обстановки в автономной республике. Все знают позицию Саакашвили по решению грузино-абхазского конфликта: он и его соратники заявляли и заявляют, что эта проблема решится только с использованием силы. Так что здесь не должно быть никаких иллюзий. Война в случае удержания этого триумвирата у власти неизбежна.

"Y": Что может сделать Москва для сохранения стабильности в Грузии?

И.Г.: В настоящее время идет выдавливание России из бывших советских республик. Я считаю, что США могут закрепиться на постсоветском пространстве и в частности в Грузии ровно настолько, насколько это позволит сделать Россия. Поэтому роль последней здесь нельзя недооценивать. Я чувствую, что сейчас в России появилась некая стратегическая программа по кавказскому региону. Для нас важно, чтобы эта программа приобрела конкретные очертания.

"Y": Как Вы оцениваете уход Шеварднадзе с политической арены?

И.Г.: Это был спектакль. Он был поставлен по югославскому сценарию. Грузинские традиции и обычаи не имеют ничего общего с дарением цветов мужиком мужику... Все было спланировано с участием Шеварднадзе: и передача власти его ближайшим ученикам, и сохранение антироссийского курса, направленного, в конечном счете, на разрушение грузинского государства. Уход Шеварднадзе по определению не мог быть бескровным, если только он не был оговорен с ним заранее. Единственное, что не было согласовано с Шеварднадзе, это финальная сцена спектакля, в которой он остался в роли брошенного Фирса. Он хотел уйти с триумфом, но это не получалось – в таком случае всем было бы ясно, что происходит элементарная передача власти от спрута к щупальцам. Народ бы понял, что практически происходит "перестановка мебели", по сути же ничего не меняется.

"Y": Ваши дельнейшие шаги и политические перспективы?

И.Г.: Мои шаги абсолютно прогнозируемы. Если я буду допущен на конституционное поле и стану полноправным участником политического процесса, то, естественно, стану действовать как все остальные кандидаты в президенты. Если же меня не допустят к участию в выборах, то я приеду в Грузию и буду просить у своих сторонников защиты и поддержки. Я постараюсь убедить население, что вот уже больше восьми лет преследуюсь незаслуженно и незаконно, являюсь политическим изгнанником.

"Y": Если в Грузии все-таки будет выбор, голосовать за Саакашвили или Георгадзе, то в чем Вы видите свои преимущества как президента?

И.Г.: Я не соревнуюсь со своими оппонентами в политической респектабельности или в каких-нибудь "измах". У Саакашвили есть национализм, партия его называется "Национальное движение" – это у нас уже было. Я не пропагандирую такого рода "измы", не иду под одноцветным флагом, а выступаю с конкретной программой. Ее претворение в жизнь прежде всего обеспечит сохранение территориальной целостности Грузии, убережет страну от дальнейшего распада. Программа нацелена на скорейшее искоренение коррупции в высших эшелонах власти. Третья цель моей программы – это реальное наведение порядка в стране, создание условий для нормальной жизни граждан.

На следующий день после нашей беседы с Игорем Георгадзе ЦИК Грузии отказал ему в регистрации в качестве кандидата в президенты, хотя сторонники Георгадзе сдали в избирком 280 тыс. подписей в поддержку его выдвижения кандидатом. Основанием для отказа послужил поступивший из МВД документ, который, как говорится в официальном заявлении, свидетельствует о том, что экс-министр госбезопасности Грузии не жил по указанному в регистрационных документах адресу последние два года. Мы попросили Игоря Георгадзе прокомментировать это решение Центризбиркома.

Игорь Георгадзе: Решение об отказе регистрировать меня в качестве кандидата на должность президента было принято даже не коллегиально, то есть путем голосования членов Центральной избирательной комиссии, а единоличным распоряжением ее вновь назначенного председателя. Это решение было для меня и моих сторонников предсказуемым, поскольку сегодняшние власти не имеют представления о том, что такое законность. Подтверждается то, о чем я вам уже говорил. На примере истерики по поводу моей кандидатуры можно еще раз убедиться, что торжественная смена власти на самом деле является всего лишь сменой декораций. Режим не сменился. Власть стала еще наглее. Кандидат Саакашвили ведет себя как президент, раздает направо и налево распоряжения министрам и генералам. Открыто обещает расправиться со мной, если я вдруг решу приехать на родину.

Хочу также обратить ваше внимание на следующий факт: даже если руководствоваться нормой избирательно закона, согласно которой кандидат в президенты должен проживать на территории Грузии в течение последних двух лет, то председатель ЦИК все равно действовал незаконно. Дело в том, что мои сторонники месяц назад обратились в Конституционный суд с просьбой отменить эту норму закона как неконституционную. А согласно грузинскому законодательству, если статья закона оспаривается в КС на предмет несоответствия Конституции Грузии, то на момент рассмотрения она не действует. Но, как я уже говорил, временная власть просто не знает, что такое закон и как он должен исполняться в правовом государстве. Что касается моих ближайших действий, то еще раз повторю, что я собираюсь приехать в Грузию и добиваться справедливости, буду просить поддержки у моих сограждан.

Ответить:

Выбор читателей