Президент не "округлился" и вынужден спешить

Г.Бурбулис: "Два президентских срока по 5 лет – это такой масштаб, в который укладываются и постановка серьезных стратегических сверхзадач, и усилия одного человека, которые позволят ему эти задачи решать"




Вчера ЦИК утвердил официальные результаты президентских выборов. Корреспондент "Yтра" побеседовал о том, что было до выборов и чего следует ждать после них, с членом Комитета СФ по конституционному законодательству Геннадием Бурбулисом.

"Yтро": Геннадий Эдуардович, выборы прошли, но вопросы остались. Главный из них – нужно ли было президенту отправлять в отставку правительство Касьянова и назначать нового премьера еще до выборов?

Геннадий Бурбулис: Никто из специалистов не сомневался в том, что кабинет министров будет обновлен и новая концепция структуры правительства принята. Интрига состояла в том, что это произошло 24 февраля. Какие-то внутренние причины вынудили экспертов избирательного штаба Путина предложить президенту такой вариант действий, и он его не без изящества реализовал. Думаю, что 10, может быть, и 20% российских избирателей, которые либо не намерены были голосовать, либо по каким-то основаниям не определились к тому времени, оценили поступок президента – и увеличили количество голосовавших за его переизбрание.

Кроме того, решение президента, на мой взгляд, связано с его ответом на встрече с доверенными лицами 12 февраля в МГУ относительно идеи о продлении президентского срока. Путин впервые очень внятно сказал, что он исключает такой вариант как по причине неприкосновенности Конституции, так и по своему душевному, человеческому настрою. Его заявление о том, что уходящий президент имеет полное моральное право в рамках своей политической, исторической и человеческой ответственности за будущее страны предложить наиболее достойную кандидатуру преемника, в то же время предполагает, что отныне все кадровые действия президента страна должны расценивать с этой его позиции.

"Y": А что это за "более округлые" 5 лет президентского срока? Значит ли это, что если бы ивановцы предложили увеличить срок президентских полномочий до 5, а не до 7 лет, то Конституцию "поправили" бы?

Г.Б.: Мы имеем дело с осмыслением места и роли института президентства в нашей стране: при каких конституционных сроках работа президента может быть эффективной. Я согласен с Путиным: 5 лет – это наиболее гармоничный, наиболее прагматичный период для "разведения" по срокам парламентских и президентских выборов. Для любой страны, которая имеет смешанную конституционную систему с акцентом на президентскую власть, прямое чередование одних выборов за другими во многом парализует развитие гражданского общества, полноценной партийной системы и реальной конкуренции в системе выборных процедур.

На мой взгляд, два президентских срока "пять плюс пять" – это такой масштаб, в который укладываются и постановка серьезных стратегических сверхзадач, и усилия одного человека с точки зрения его жизненной энергетики, эмоциональной остроты его отношения к делу, которые позволят ему эти задачи решать.

"Y": Как разрешить дилемму "подачи" преемника? Нам укажут, за кого голосовать?

Г.Б.: Предлагаю разделить право действующего главы государства предложить обществу кандидатуру человека, которого он считает достойным для этой ответственной должности, и право избирателей, политиков, партийных деятелей составить этому политическую, человеческую и социальную конкуренцию. Упрекать Путина за эту формулу, на мой взгляд, по меньшей мере, политически некорректно. Он действует не исподтишка – он это делает за 4 года вперед. Не может действующий президент с гарантированной позицией на переизбрание оставлять важнейший процесс на волю абстрактной демократической беспристрастности. Устойчивых партий нет; корпоративные структуры в бизнесе больше разобщены, чем интегрированы; население лишено устойчивой социальной базы в виде так называемого среднего класса; регионы по социально-экономическому развитию очень разноуровневые, разновекторные. Глава государства в такой ситуации просто обязан предлагать свою схему стабильности, в лице преемника в том числе.

"Y": СМИ откровенно говорят о том, что сегодня Совет Федерации в большей степени представляет собой совет денщиков-олигархов, сумевших договориться о месте в сенате с губернатором или законодательным органом региона, который его сюда направил. Близка ли ситуация к тому, чтобы сенаторы избирались, как об этом говорили раньше, а не назначались? Или, может быть, верхнюю палату ждет упразднение, которое давно предрекает Жириновский?

Г.Б.: Это абсолютно исключено. Жириновский, делая такие заявления, плюет на Конституцию и ее основной признак – федерализм. Пока Россия федеративная республика, российский парламент будет двухпалатный.

Что касается качества формирования и так называемой легитимности Совета Федерации, то, опять же, есть такая вульгарно-облегченная трактовка выборности. Я считаю очень опасной идею прямых выборов членов СФ от субъектов федерации. Это создаст или повторит вредную и опасную конкуренцию всенародно избранного действующего главы субъекта с всенародно избранными действующими членами Совета Федерации. Это будет конкуренция правовой неупорядоченности делегирования полномочий от населения. Сегодня наше положение уязвимо не потому, что мы делегируемся в палату исполнительным и законодательным органами власти субъекта, а потому, что есть опасная неупорядоченность правил замены и отзыва членов Совета Федерации. Еще раз акцентирую: легитимность действующего члена Совета Федерации достаточна. Представитель законодательного органа субъекта избирается депутатами областного законодательного органа, которые, в свою очередь, избирались населением. Так что здесь есть как опосредованная, так и прямая выборная процедура, и это существенно обеспечивает легитимность.

На мой взгляд, мы должны смотреть не на то, что в Совет Федерации подчас попадают случайные люди, а на то, что сама процедура, если относиться к ней с уважением, достаточно полноценна.

Что касается разговоров о "ручных", "маловлияющих" сенаторах... Это грубое упрощение существа дела. Совет Федерации существует 10 лет, и мало кто в стране имеет такие фундаментальные конституционные полномочия, которыми наделена верхняя палата парламента. Более того, мало внимания уделяется фундаментальному значению такого явления, как конституционный статус палаты. И полномочия, и собственно статус у нее исключительные. Не вина членов Совета Федерации, а общая образовательная и политическая беда, что мы не знаем, не понимаем и поэтому недооцениваем всего масштаба конституционных прав и обязанностей, которые концентрирует в себе деятельность верхней палаты. Упрощенно трактуется Совет Федерации и как палаты регионов. Считается, что члены СФ с утра до вечера обязаны бороться за отстаивание интересов родной республики, области, края. Между тем, как только конкретная личность вошла в Совет Федерации, в эту самую минуту член СФ и орган, который он представляет, становятся по абсолютному большинству своих полномочий высшим органом законодательной власти в России с всепронизывающей конституционной задачей – укреплять российский федерализм. А это значит, что я, представляя в Совете Федерации администрацию Новгородской области, одинаково обязан отстаивать интересы Новгородской области в государственных органах власти, прежде всего в моем основном назначении – разработке или одобрении закона. Но в тот же самое время – отстаивать интересы федерации в Новгородской области, потому что я делегирован для этой задачи. Это нам поручил губернатор, областная дума, а через их полномочия – все население: заниматься тем, чтобы уберегать область от чрезмерного регионального эгоизма, сепаратизма, от добывания любой ценой каких только можно преференций, забывая о том, что есть государственная безопасность, социальные программы, интересы других регионов и т.д. Поэтому лицо Совета Федерации с точки зрения глубокого конституционного предназначения палаты – уникальное, неповторимое, незаменимое.

Есть еще одно недооцененное качество верхней палаты. В системе высших органов государственной власти России – президент, парламент, правительство и федеральные суды – это единственный орган непрерывного действия. В стране могут произойти разные потрясения: сорваны выборы в Госдуму, правительственный кризис с длительным неназначением, импичмент президенту – но Совет Федерации всегда будет действующим органом власти. Это недооценено, и ирония относительно качественного состава верхней палаты сегодня не совсем справедлива, потому что наряду с теми людьми, которых мало знает страна и которые не имеют опыта законодательной работы, у нас есть очень большой корпус членов палаты, у которых и по 10, и по 15 лет реальной практической работы в системе как законодательной, так и исполнительной власти. Я уже не говорю про образовательно-интеллектуальный уровень многих моих коллег.

Интервью подготовила Нина Гришина.

Ответить:

Выбор читателей