Кого должен уволить Путин

Председатель совета директоров "ЮКОСа" Виктор Геращенко называет имена чиновников, которые хотят банкротства компании и, в соответствии с заявлениями президента, должны быть уволены


Фото: Novayagazeta.ru



В минувший четверг стало известно, что на встрече президента России с иностранными журналистами, посвященной бесланской трагедии, речь шла не только о недавнем чудовищном теракте. По данным газеты The Moscow Times, одной из тем беседы Владимира Путина с журналистами была ситуация вокруг "ЮКОСа".
В ходе встречи глава государства опять заявил о том, что выступает решительно против банкротства компании: "Я не хочу обанкротить "ЮКОС". Назовите мне имена представителей правительства, которые хотят банкротства "ЮКОСа", и я уволю их". Далее из его уст прозвучал еще один, весьма неожиданный пассаж. По версии главы государства, к банкротству компанию ведут ее сотрудники: "Это делают сами люди в "ЮКОСе", – цитирует The Moscow Times слова Путина.
Высказывания президента вызвали неоднозначную реакцию в экспертной среде. О своем видении сложившейся ситуации "Yтру" рассказал председатель Совета директоров НК "ЮКОС", экс-председатель Банка России Виктор Геращенко.

Виктор Геращенко: Отвечая на вопросы корреспондентов, а не хотят ли банкротства "ЮКОСа" какие-то определенные высокие чиновники, президент ответил: назовите мне имена этих чиновников, я их уволю. Не знаю, насколько точно журналисты передали слова президента, но ясно, что происходящее в последнее время свидетельствует о том, что существует определенный круг чиновников, которые действительно хотят банкротства компании.

Возьмем, к примеру, скоропалительный судебный иск, рассмотренный 31 августа Басманным судом во главе с председателем Пигановым В.М. Результатом рассмотрения стало решение об аресте счетов дочерних предприятий "ЮКОСа". Иски были инициированы по ходатайству следователя Генеральной прокуратуры Тютюнника. Но посудите сами, это же явная глупость! Во-первых, это связано с 2000 годом, и по этому году есть решение суда. Не будем сейчас обсуждать, справедливо оно или нет, но мы его исполняем. Из иска в $3,4 млрд основная сумма составляет $1,7 млрд, остальное – это проценты, пени, штрафы, по которым, в случае, если ответчик готов платить, обычно делаются скидки. Так вот, из этих $3,4 млрд на сегодняшний день мы уже заплатили $2,2 млрд, и мы говорим, что до конца сентября исполним все $3,4 миллиарда. При этом не надо забывать о том, что и государство за 2000 г. должно нам по налогу на добавленную стоимость год почти миллиард.

Имеется решение суда. Мы, конечно, спорили по его поводу, говорили, что проводили операции в соответствии с действующим законодательством, но нас признали неправыми. Нам сказали: платите $3,4 млрд – мы платим. После этого нам вручают акт за 2001 год. И говорят: платите без всякого рода споров в судах.

Мы готовы платить. Мы передали свои предложения г-ну Фрадкову чуть ли не шесть недель назад. Согласно этим предложениям, в течение двух лет, с июля этого года по июль 2006 г., мы готовы заплатить всего около $8 млрд за 2000, 2001, 2002, 2003 годы.

Не согласны вы с цифрой? – напишите, что нет, скажите, что считаете ее неправильной, скажите: должно быть не $8 млрд, а $9 млрд., или, скажем, $9,5 миллиардов. Но нам же никто ничего не пишет. Зато нам предлагают платить за 2001 год, хотя мы еще не закончили выплаты за 2000-й.

Нам же, кроме этого, необходимо выполнять еще и все контракты, как внутренние, так и внешние. Мы платим текущие налоги, почти по 800 млн в месяц. Так что же получается: нам хотят дать расплатиться, что мы сейчас и делаем, или нас просто хотят обанкротить?

Вот поэтому я и хочу назвать имена этих чиновников. Вот, например, Сердюков Анатолий Эдуардович – руководитель Федеральной налоговой службы, которая входит в Минфин. Наверное, это очень способный человек, если, будучи 1962 года рождения, занимает такую высокую должность, приехав в Москву из Санкт-Петербурга. Кудрин тут как-то обмолвился, мол, это не мое дело – это налоговая служба. Но, позвольте, налоговая же служба под тобой...

Мы же, со своей стороны, почти на 9% увеличили производство за I полугодие, выполняем все контракты. Многие организации-партнеры, понимая наше положение, не требуют месячной предоплаты за услуги, а берут с нас понедельно. И мы стараемся все обязательства выполнять.

Арест счетов по решению Басманного суда ставит перед нами еще одну важную проблему: как нам платить зарплату производственникам в конце сентября. Например, министр юстиции Чайка вполне недвусмысленно говорит: вы должны оплатить все налоговые требования, но при этом не должны останавливать производство. Но если перестать платить зарплату, то через некоторое время производство встанет, а другие вот этого не понимают.

Поэтому мы и называем имена чиновников. Мы говорим это не к тому, чтобы президент завтра взял их и уволил, но пусть хотя бы он с ними разберется.

"Yтро": Выходит, в ситуации с возможным банкротством вы намерены стоять до конца?

В.Г.: Мы надеемся на то, что здравый смысл в этом деле все-таки будет превалировать и в результате победит. Тем более что президент не первый раз говорит, что он против банкротства. Да и наш главный акционер говорит: ну, хотите чтобы я не был главным акционером – пожалуйста, я отдам акции в распоряжение "ЮКОСа", а потом, со временем, через год-два, пусть он их продаст на рынке или какой-то организации, на которую укажет правительство. Хотя там все равно надо все делать через аукцион.

"Y": Последние высказывания Ходорковского были очень пессимистичными...

В.Г.: А потому, что он пытается предлагать варианты решения и не получает никакой реакции со стороны правительства. Кроме одной: мы ему не верим, и все.

"Y": А может, там просто нет желания поверить?

В.Г.: Ну, мне об этом трудно говорить, я не работаю в правительстве...

Беседовал Максим Легуенко


Ответить:

Выбор читателей