Новогодняя грызня "ичкерийского бомонда"

Среди оставшихся в живых чеченских полевых командиров созрел заговор – убить "президента Ичкерии" Садулаева, спихнув все на террориста Басаева. Разработчик комбинации – "лондонский сиделец" Ахмед Закаев




Интенсивность вылазок боевиков в Чечне в последние месяцы 2005 г. резко снизилась. Военные объясняют это физической убылью "моджахедов" низшего и среднего звена и усилением оттока людей из банд. Фактическое поражение сил, противостоящих России на Северном Кавказе, обусловлено еще и отсутствием реального лидера непримиримых. Вакуум среди "амиров" возник после ликвидации арабского "генерала" – Абу-Дзейта, готовившего на пару с Басаевым нападение на детей в Беслане, и успешной операции спецназа ФСБ в селении Толстой-Юрт, во время которой был уничтожен Масхадов. Шамиль Басаев после провала в Нальчике ушел в "отпуск", а те полевые командиры, которые еще рассчитывают громко заявить о себе, заняты вопросами личного обогащения и выяснением отношений. Значительная часть боевиков не желает подчиняться спешно назначенному весной "президенту Ичкерии" Садулаеву, и ряд "моджахедов" в этой ситуации пытаются вести свою игру.

В распоряжении "Yтра" оказалось письмо, адресованное главарю террористов Шамилю Басаеву неким Ахмадом Cардаловым, который называет себя "независимым ичкерийским журналистом". Сардалов, известный также под псевдонимом "Ахмад Ичкерийский", обращается к Басаеву "как к одному из достойных воинов, для того, чтобы сообщить тревожные новости". "Последние события вселяют тревогу в отношении безопасности шейха Абдул-Халима. Закаев не скрывает своего желания занять место президента, – докладывает "Ахмад Ичкерийский" Басаеву. – Теперь мне стало известно, что он вел переговоры с представителями спецслужб, намереваясь их руками ликвидировать шейха. При этом оставленные улики будут свидетельствовать о твоей причастности к заговору. У меня есть доказательства этим словам".

Из письма следует, что Ахмед Закаев сейчас выполняет главную задачу, поставленную ему "европейскими демократами" – размещает чеченцев по странам Европы, создавая там "вторую Палестину". Возмущенный этим Сардалов считает, что Закаев "настолько породнился со своими европейскими и американскими друзьями, что с их подачи возомнил себя новым президентом Ичкерии". При этом дурной пример Закаева стал заразительным для целого ряда "воинов" – тех, кто "под предлогом лечения покинули поля сражений и живут за границей. Несмотря на то, что их жизни ничего не угрожает, они продолжают находиться там и не думают возвращаться обратно".

Это письмо отчетливо обозначило огромную разницу между теми, кто продолжает "вариться в собственном соку", находясь на Северном Кавказе, и внушительной прослойкой боевиков, их родственников и сочувствующих, которые осели за рубежом. Некоторые из этих людей занимались сбором средств "для моджахедов в Чечне"; как показывает практика, это позволяло им приобретать недвижимость во Франции, Бельгии, Голландии и ряде других стран. Часть средств, которые собираются в мечетях стран Западной Европы в качестве религиозного налога – "закята", идет на содержание различных "представительств Ичкерии за рубежом". Пальму первенства здесь держит Ахмед Закаев – бывший "министр культуры Ичкерии", "бригадный генерал", командовавший в первую чеченскую кампанию "Юго-Западным фронтом". Тот же Ахмад Сардалов сообщает, что ему больно видеть, как собранные деньги "тратятся на содержание таких как Закаев, их родственников и любовниц": "Закаев мог бы забыть о своем ранении, бросить костыль, вернуться на Родину и как простой муджахед защищать ее вместе с тобой (Басаевым – "Y"). Однако он поступает как трус и своим примером вносит сомнения в умы воинов ислама, желающих защищать святую для нас землю".

После ликвидации Аслана Масхадова лидеры боевиков до сих пор делят портфель "президента Ичкерии". Масхадов же за последние годы научился сглаживать противоречия между полевыми командирами, а также выступал в роли "политической крыши" для действующего исключительно террористическими методами Басаева. Но он мертв, а то, что Басаев подчинится Садулаеву или Закаеву, исключено.

Раздрай среди чеченских полевых командиров имеет давнюю историю. Одним из ярких примеров противоречий в среде "ичкерийского бомонда" является жизненный путь Усмана Имаева. Полевой командир, в начале 90-х гг. занимавшийся наркобизнесом и торговлей оружием, впоследствии был назначен Дудаевым "генпрокурором ЧРИ". Имаев успешно переводил деньги на счета в Лондон и Турцию, а после первой кампании сбежал из Чечни, прихватив около $3 миллионов. Другие "амиры" воевали между собой, как, например, два Руслана – Хайхароев и Гелаев. Последний обещал отрезать конкуренту голову; в итоге убиты были оба. Еще на слуху борьба братьев Ямадаевых с ваххабитами; потом к сваре подключился Басаев, который пытался поставить Ямадаевых "на счетчик", но у него ничего не получилось. Дудаев воевал с бывшим начальником собственной безопасности Русланом Лабазановым и своим же ставленником на посту мэра Грозного Бесланом Гантамировым. И, наконец, настоящая война велась между Ахмадом Кадыровым с одной стороны и ваххабитами и Масхадовым – с другой.

Ответить:

Выбор читателей