Сталлоне остался настоящим мужиком

Шварценеггер балансирует между Белым домом и кладбищем, Дольф Лундгрен облысел, Чак Норрис красит брови... И только Слай знает, как правильно стареть настоящему герою

Рокки Бальбоа (Rocky Balboa)
США, 2006
Режиссер: Сильвестр Сталлоне
В ролях: Сильвестр Сталлоне, Берт Янг, Мило Вентимилья, Джералдин Хьюз





Икона захолустных качалок, любимец Рейгана и советской молодежи, Слай наконец-то вернулся. Без глупой бородки и барби-седины. Словно в подарок на собственный юбилей Сильвестр Сталлоне сделал последний фильм из серии "Рокки", вызвав на бой собственную старость. Чтобы завершить боксерскую сагу, ему понадобилось 16 лет.

Декада простоя и несусветной халтуры обернулась для Сталлоне почти официальным статусом главного неудачника в истории Голливуда. Новый фильм не вернет его на звездный Олимп, где ныне верховодят другие типажи. Да и не стремится шестидесятилетний отец семейства к бывшей славе. Подробное завещание поколению "П" – вот что такое "Рокки Бальбоа".

В начале 1970-х Сталлоне чуть не опоздал на поезд "американской мечты". Сделав родовую травму фирменной ухмылкой, карьеру в кино он начал, как и положено, с порнофильма. Обивал пороги студий, профукал кучу ролей. Когда на экраны вышел первый "Рокки", Слай разменял третий десяток. К выходу шестой части он разменял столько, что уже одной этой цифрой заработал неоспоримое право втюхивать наставления юности. Хотя его экранное альтер-эго про возраст кокетливо умалчивает, оставляя зазор правдоподобия для триумфального камбэка.

Глава шестая, заключительная, из которой вы узнаете, как итальянский жеребец стал филадельфийским тормозом. Грузная фигура просыпается, кормит черепашек, уныло висит на турнике и идет на могилку жены. Плаксивая дурнушка из зоомагазина три года как умерла. Старик-разбойник захирел. Исподтишка навещает сына, который предпочел бы быть сиротой. Рядом только зануда Полли, брат жены, и больной на голову коллега по трусам и перчаткам. Рокки шляется по городу в извечной панаме, совсем уж импотентски подкатывает к барменше и ее сыну, гуляет с собачкой, мнет лапищи-кулаки, а по вечерам, в малиновом пиджаке – точь-в-точь как у Стаса Барецкого – травит байки в своем ресторанчике и, походя, сыплет житейскими мудростями. Но за обвислым громадьем мышц скрывается живое еще сердце. Расшевелить его нетрудно, и вот уже экс-экс-чемпион решает вернуться – не победить, а просто удержаться на ногах.

Рокки-Слай возвращается, конечно, не за славой. Слава у него есть. Денег тоже хватает. А вот душа просит реванша: сквозь два часа охающей ностальгии и флэшбеков явственно прорывается вопль "Я еще могу!". Сталлоне никогда не был простым куском мяса, хоть и жалуется на недостаток мозгов. Помимо записи "актер", его трудовая книжка гордо хранит отметки "сценарист" и "режиссер". Как ни крути, он умеет снимать кино, которое в отдельные моменты попахивает даже социальной драмой. Без выпендрежа и без претензии, без зубодробительных пассажей, но с человечинкой.

Никто из обоймы боевиковых героев не позволял себе рыдать на крупном плане: Слай будто гордится тем, что его герои, и Рокки, и Рэмбо, регулярно плачут. Заложник круто свинченного образа, шахерезада Голливуда, он был приговорен 20 лет кряду мусолить одну-единственную сказку про сильного слабого парня, лузера и победителя в одном флаконе. А потом перейти в разряд вторсырья и рекламировать белковый корм для культуристов. Однако тупоголовая упертость не дает Слаю распластаться на диване и дежурно щелкать пультом. И хорошо, что не дает. Несмотря на всякие болячки, артирт и варикоз, он по-прежнему в форме. Поднимает тяжеленную штангу, машет пудовыми гантелями – и это не спецэффекты. Подобной духоподъемной силы кино нужно насильно крутить отечественным пенсионерам, разлагающимся живьем в больничных очередях.

Сталлоне знает, как правильно стареть настоящему герою. Шварценеггер балансирует между Белым домом и кладбищем, Дольф Лундгрен облысел, Чак Норрис красит брови, а покаявшийся драчун Микки Рурк годен только на роли комикс-монстров и травести. Слай не гремит вставной челюстью и не лезет в политику – грубо говоря, он еще похож на мужика. Да, из цитат его героя можно составить рубрику "правила жизни" в журнал Esquire. Бесконечные "разговоры по душам" навевают скуку. Но "Рокки Бальбоа" самим фактом своего появления преподал урок жизни. Слай сделал то, что должен был: главная история его жизни – история неудачника, ставшего звездой, потерявшего все на свете, но на склоне лет вернувшего себе самоуважение – закончена жирной точкой.

Ответить:

Выбор читателей